хорошо владеет материалом и вполне чётко для научно-популярной заметки расставил по полочкам некоторые факты, которых народ в массе своей не знает. Но вот в одном он неправ: помимо черноризца Храбра с его чертами и резами, существует ещё один источник об автохтонной славянской письменности, - "Житие Константина" (т.е. св. Кирилла):
Тогда цесарь стал искать Философа, и найдя его, поведал ему слова хазар, говоря: «Иди, философ, к этим людям. Дай им ответ и поучение о Святой Троице с ее помощью, ведь никто другой не сможет достойно сделать это». Он же сказал: «Если велишь, владыка, на такое дело с радостью пойду пешим и босым и без всего того, что не велит Бог ученикам своим носить». Отвечал же цесарь: «Если бы ты хотел от своего имени это делать, то правильно говоришь. Но помня о цесарской власти и чести, с почетом иди с цесарской помощью». И тотчас отправился он в путь. И придя в Корсунь, научился там жидовской речи и книгам, перевел восемь частей грамматики и воспринял их смысл.
Жил же здесь некий самаритянин и, приходя к нему, спорил с ним. И принес книги самаритянские и показал ему. И попросив их у него, Философ затворился в храме и стал молиться. И получив разумение от Бога, начал читать книги без ошибки. Увидев это, вскричал самаритянин громким голосом и сказал: «Поистине те, кто в Христа веруют, быстро приемлют Дух Святой и благодать». Сын же его крестился тогда, а после того и сам он крестился.
И нашел Философ здесь Евангелие и Псалтырь, написанные русскими письменами, и человека нашел, говорящего той речью. И беседовал с ним и понял смысл языка, соотнося отличия гласных и согласных букв со своим языком. И вознося молитву к Богу, вскоре начал читать и говорить. И многие изумлялись тому, славя Бога.
Показательно, что дело происходит в Корсуни, т.е. в Херсонесе - важнейшем культурном узле, где встретились греческий, славянский и германский миры; но вот что подразумевает предание под "русскими письменами" и насколько они были русскими - науке до сих пор неизвестно, или, вернее, копья ещё не доломаны.Вот так-то, славянские письменники. Принимая или не принимая на веру любую гипотезу, помните, какая надпись появлялась каждое утро на двери синоптической группы. Темна вода во облацех.
Что я ещё хочу сказать по случаю дня славянской письменности? - Я бы, пожалуй, могла захотеть, чтобы разом перевернулись в своих последних пристанищах все, кто эту письменность уродовал, то изымая "ненужные" буквы, то насилуя орфографические правила, то изобретая новоязы. Но, во-первых, я же не некромант какой, чтобы это желание исполнилось, а во-вторых, толку-то теперь. Поэтому остаётся вот эту кастрированную письменность, без флейты греческой фиты и йоты, и даже не всегда с точками над ё - ценить и развивать по мере сил. По мере очень скромных и ограниченных сил.
А ещё хочу попросить благосклонные Силы со всеми их многочисленными аватарами хранить и всячески поддерживать моего начальника и друга, проф. Антония-Эмилия Тахиаоса, посвятившего всю свою длинную жизнь изучению истории славянских литератур.
.
.
( txt )
.
.

и
εἶτα μεταβαλλόμενον τὸ σκότος εἰς ὑγρᾶν τινα φύσιν, ἀφάτως τεταραγμένην καὶ καπνὸν ἀποδιδοῦσαν, ὡς ἀπὸ πυρός, καί τινα ἦχον ἀποτελοῦσαν ἀνεκλάλητον γοώδη· εἶτα βοὴ ἐξ αὐτῆς ἀσυνάρθρως ἐξεπέμπετο, ὡς εἰκάσαι φωνῇ πυρός
Если что и важно в герметическом тексте - то это два слова, βοή и ασυνάρθρως. Это описание "нечленораздельного гула" как голоса огня (φωνή πυρός), на мой взгляд, служит не столько мистическим целям, сколько изобразительному реализму. Огонь, знаете ли, издаёт шум, и чем сильнее пламя - тем громче. Это мы, видящие костёр раз в десять лет, можем представлять себе φωνή πυρός как поэтическое нечто. Поэтому перевод этого места как "голоса света", помимо лексической неадекватности, ещё и несостоятелен семантически: свет как раз бесшумен.
Более того, эти два слова полностью исключают трактовку φωνής πυρός как какой бы то ни было речи ("из света и пламя рождённое слово", да).
И, задумавшись с критически-реалистических позиций над этим местом, которое при желании можно было бы использовать в качестве иллюстрации к нашим крикам и сияниям, я хочу в очередной раз оградить себя от греха ненаучной фантастики.
Если доверять переводу фрагмента про "сильную медь", там тоже идёт речь о нечленораздельном: но только мне не совсем понятно, идёт ли речь о шуме, издаваемом "сильной медью" и похожем на melammu, или всё же о шуме самого melammu как его свойстве? И, похоже, никому не понятно.
Наконец, мы уже давно отметили тандем сэласа и крика в Il. XVIII, но теперь я начинаю сильно сомневаться в его формульности: больше эта пара не проходит нигде, включая даже описание боевых кличей богов* и поединок Гектора с Аяксом.
Иными словами, а был ли вообще мальчик, или мы приняли за формулу некий функциональный конструкт, - или, иными словами, фрагмент из этакого изборника героических атрибутов (сэлас + боевой клич + нагота + вселяемый во врагов ужас etc), который Гомер собрал для Ахилла?
*ὦρτο δ' Ἔρις κρατερὴ λαοσσόος, αὖε δ' Ἀθήνη
στᾶσ' ὁτὲ μὲν παρὰ τάφρον ὀρυκτὴν τείχεος ἐκτός,
ἄλλοτ' ἐπ' ἀκτάων ἐριδούπων μακρὸν ἀΰτει. 50
αὖε δ' Ἄρης ἑτέρωθεν ἐρεμνῇ λαίλαπι ἶσος
ὀξὺ κατ' ἀκροτάτης πόλιος Τρώεσσι κελεύων,
ἄλλοτε πὰρ Σιμόεντι θέων ἐπὶ Καλλικολώνῃ.
.
.
А? Ну в букинистах же фиг найдёшь.
.
.
(Они поднялись) на небосвод, неся мёд на языке, неиссякающие.
Его ревностные соглядатаи не смыкают глаз.
На каждом шагу находятся вязатели с петлями.
5 Те, что дружно зазвучали от отца и матери,
Воспламеняясь от гимна, сжигая (врагов), лишённых обета,
С помощью колдовской силы сдувают прочь ненавистную Индре
Чёрную кожу с земли (и) с неба.
6 (Те,) что дружно зазвучали, (исходя) из древней меры,
Управляя звуком, повелители неистовой (мелодии):
Слепые и глухие удалились.
Творящие зло не пересекают пути закона.
7 В эспрессо-машине с тысячей протоков
Поэты, хранители мудрости, очищают речь.
Рудры – их подвижные безобманные
Соглядатаи, проворные, прекрасные на вид, со взглядом героя.
etc etc
Я всегда говорила, что кофе - это новая инкарнация Сомы, а переводы Елизаренковой - феерия постмодернизма, но что два этих тезиса так легко сочетать в любви и слить в экстазе - не подозревала. Нужно было две недели спать по два часа в сутки для этого.
.
.
Затем эта тьма превратилась в нечто влажной природы, бурлящее невыразимым образом, изрыгающее дым, как от огня, и издающее какой-то звук, скорбный неописуемый рёв. Потом оттуда раздался нечленораздельный крик, словно голос Света [буквально - огня. - fulgurconditum]
.
Приветствуются посылки с плюшевыми лернейскими гидрами и немейскими львами, пусть тренируется; можно ещё маааленькую такую ваджру, но не made in china, пожалуйста. А если серьёзно, то пусть пьющие выпьют за здравие.
И отдельно для девочек: доверяйте своей хтонической природе, самой утробной и невыразимой её стороне. Этим в белых халатах тоже можно доверять, но всегда с оговоркой, что никакой потаённый инстинкт не начинает возмущаться и сопротивляться их предписаниям. А их сподручницам, роддомовским медсёстрам и прочим демоницам страданий, нужно просто посылать лучи поноса с безопасного расстояния. В первый раз я имела глупость тупо довериться минздраву и прокляла то стило, которым (г)Иппократ писал свои книжки (знал бы старик, какое чёртово племя они породят через две с полтиной тысячи лет - сжёг бы рукописи и ушёл бы в саванну Айболитом). Во второй раз я наплевала на всех и прожила потрясающий день, которым буду гордиться до гроба. Всё там было: и прорастание трав, и шёпоты крови, и громы небесные, и подземный огонь.
.
.


На первой фотографии апачи, снимок Э. Кёртиса, конец ΧΙΧ - нач. ΧΧ в.
На второй фотографии не сходка менеджеров среднего звена на корпоративный шашлык, а праздник в индейской резервации.
Бремя белого человека, чё.
.
.
Это, кажется, первый фильм ПА, в котором тема трансгендера развёрнута к зрителю гранью неприкрытого насилия. Прежде она преподносилась почти исключительно как результат добровольного решения (чем и должна являться любая жреческая инициация), в том числе тогда, когда достаточно ясно демонстрировались мрачные механизмы, ведущие к этому выбору. За исключением "Поговори с ней", ПА вполне сознательно, кажется, избегал "высокой" ипостаси превращённого пола, большинство его героев - по сути, хиджры, чья жреческая функция не отменяет постоянного присутствия скверны. В "Поговори..." появляется принципиально иной образ - не менее архетипичный, но на этот раз ослепительный в своей чистоте, где трансгендерное начало строго символично и ритуализировано; оно не затрагивает естественных функций тела и направлено исключительно на реализацию энергии - об этом образе и его вероятном истоке я написала два слова в прошлом году. Но, если отрешиться от высоких материй, с точки зрения доброй воли и у хиджры, и у амазонки одинаково стойкие позиции.
А в "Коже..." - нет. Здесь трансгендерная инициация заведомо навязана, самым жестоким образом, человеку, нисколько не готовому к ней. Это перевёрнутый обряд, и если девушка-тореадор уходит из больничной палаты к сонму девственных богинь-воительниц, то здесь в больничной палате совершается своего рода сатанинская месса, с соответствующими последствиями для всех наблюдателей и участников. По сути, любое насилие над личной гендерной идентификацией можно рассмотреть именно в таком ключе, но милый ПА, разумеется, доводит ситуацию до предельной точки абсурда, и упомянутые дурацкие штампы из "Франкенштейна" начинают даже ему подыгрывать.
Но были ли когда-либо Альмодовар певцом демонов? Не могу вменить ему в вину что-то подобное. Чернухи у него хоть отбавляй, но вот чернухи ради культа чернухи нет нигде. Все тёмные выплески должны так или иначе быть подчинены светлому потоку жизни. Здесь тоже. Для этого режиссёру и нужен мотив возмездия - усиленный и утрированный образ наказанного хтоническими божествами Тиресия
- только по итогам непонятно, является ли вопиющая неубедительность преступления главного героя частью замысла или сюжетным провалом (благо за те час и 55 минут, что идёт фильм, можно насчитать ещё несколько откровенно тупняковых сцен).
А вообще молодец Альмодовар, молодец.
*кстати, я могу ошибаться, но в "Коже..." основные события - месть жертвы своему мучителю, побег и возвращение, в том числе возвращение имени - происходят тоже, кажется, на седьмой год после начала экспериментов.
.
.